Сегодня нам не хватает таких судов, как «Восход». Как развиваются речные перевозки в Татарстане

Рассчитываем приобрести еще два «Метеора-2020»

— В конце апреля в Казани стартует новая навигация. Что представляет собой флот вашей компании?

— Планы на этот сезон мы строим с оглядкой на опыт навигаций 2023−2025 гг. Компания была создана почти три года назад постановлением правительства республики. Начинать пришлось с нуля, вначале в штате был один я, приходилось многому учиться, но уже в минувшем году у нас работало порядка 350 человек, а флот с трех судов увеличился до 21.

Сегодня на нашем балансе шесть новых судов (два теплохода А-217 и четыре новых «Метеора-2020»), восстановлено много старых теплоходов. Многие из них простаивали около 10 лет, мы привели их в состояние технической годности. Это позволило компании добиться определенных результатов по численности перевозок и финансово-экономическим показателям. В текущем году планируем запустить круглогодичную навигацию, открыть новые туристические направления и социальные маршруты. Работа предстоит достаточно серьезная.

— Все два десятка судов выйдут в этом году на речку?

— Да, но мы не собираемся останавливаться на достигнутом. Заключен контракт на строительство трех судов на воздушной подушке (СВП), плюс, наверное, восстановим от одного до трех теплоходов и введем их в работу.

— Какие конкретные задачи по перевозке пассажиров стоят перед компанией?

реклама 16+

— Если за 2024 год мы перевезли 344 с небольшим тысячи пассажиров (из них 258 тысяч — социальными рейсами и 86,5 тысячи — коммерческими), то в прошедшем году социальные перевозки снизились до 190 тысяч человек. На это повлияло открытие нового моста через Волгу. Социальные рейсы в большей степени — это пригородные маршруты, чаще всего ими пользовались дачники. Часть из них, естественно, предпочли пересесть за руль автомобиля.

Увеличить общее число перевезенных пассажиров нам удалось за счет роста коммерческих перевозок с 86,5 до 172,5 тысячи человек — практически на 200%. Общий рост пассажиропотока при этом составил 5,2%. Для нас это серьезный показатель. В этом году планируем увеличить количество пассажиров на 5−10%. Этому должно способствовать и увеличение флота компании. Мы будем открывать новые направления, повышать комфорт перевозок. Сейчас активно продвигаем онлайн-продажи билетов, они уже составляют порядка 40% от общей массы продаж. В начале навигации должно заработать мобильное приложение, это увеличит удобство и комфорт при приобретении билетов и других туристических продуктов.

— Миндортранс республики ставит задачу расширения маршрутной сети пригородных перевозок, в том числе на туристических направлениях. Какие новые маршруты появятся у вас в этом году и сколько стоят билеты на перевозку по воде по сравнению, к примеру, с автобусными?

— Можно, конечно, ориентироваться на стоимость автобусных билетов, но при этом необходимо понимать, что перевозки по воде и автодорогам — несоизмеримые виды транспорта, как с точки зрения комфорта, так и по расходной части. В сегменте туризма мы предложим в этом году новые дополнительные продукты. Готовится к открытию причальная набережная в Камском Устье. Это республиканский туристический кластер, и мы стремимся открыть скоростное движение по маршруту Казань — Камское Устье. Есть еще один туристический проект «Волжская тропа». Это пеший маршрут протяженностью 350 км вдоль живописнейшего правого берега Волги. Постараемся расширить сеть остановок не только там, но и в других местах. Например, напротив Свияжска находится Макарьевский монастырь.

Развиваем перевозки по реке Казанке, видим, что там есть спрос. Это касается и прогулок вниз и вверх по Волге: коротких программ, полуторачасовых, длинных. Мы установили судно-банкетоход «Теплоход Адмирал», на сегодняшний день на него уже есть предзаказы. Многие предприятия бронируют банкетоход под проведение мероприятий.

В социальном сегменте у нас есть два основных проекта, на которые мы делаем ставку. Первый — новый социальный маршрут Казань — Набережные Челны. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить руководство республики в лице Рустама Нургалиевича Минниханова, правительство, Минтранс за поддержку этой идеи. Это будет новое скоростное направление с заходом в такие города, как Чистополь, Нижнекамск и Елабуга. Это позволит увеличить привлекательность этих городков.

Также мы открываем круглогодичную переправу Казань — Верхний Услон и приобретаем для этого два новых СВП «Парма-44». Контракты уже заключены. Первое судно должны получить в октябре-ноябре этого года, второе — в начале следующего. Это позволит соединить два берега Волги, осуществлять социальные и коммерческие перевозки. Многие жители этого муниципалитета ездят на работу в Казань, у многих казанцев там живут родственники, располагаются дачи.

реклама 16+

В планах — развитие пассажироперевозок по реке Вятка. Наверное, придется приобрести несколько судов и для этого направления. Также перед нами стоит задача открытия межрегиональных перевозок — в Ульяновск, Самару, быть может, на камском направлении. Закрыть эти маршруты новыми «Метеорами» мы сегодня не сможем, эти суда обеспечивают социальные рейсы внутри региона. Поэтому мы рассчитываем приобрести еще два «Метеора-2020» и сейчас ведем переговоры с заводом-строителем.

Новый зеленодольский «Метеор» — дальнемагистральная машина

— Ренат Мистахов не так давно заявлял, что рассчитывает начать серийное производство «Метеоров-2020» и ведет переговоры с вашей компанией…

— Только для перевозок по региону нам нужно иметь шесть новых «Метеоров», а если учитывать межрегиональные перевозки, то нужны еще два теплохода, а лучше четыре, хотя, конечно, все будет зависеть от поставленных задач. Так что можно считать, что дефицит скоростных судов составляет шесть единиц. Мы очень любим наши старые теплоходы, причем все — «омики», «Москву» и другие, вкладываем в них душу. В этом году завершили огромную программу: практически на всех судах теперь стоят новые дизель-генераторы и главные двигатели. Наши старожилы говорят, что даже во времена Советского Союза работ такого объема не проводилось. Но как бы там ни было, моральное устаревание судов нельзя не замечать. Будь у нас финансовые возможности, мы уже сегодня заложили бы шесть новых СПК. Причем мы даже знаем, какие суда, какой вместимости нам нужны.

— Вы как-то высказывали желание купить «Валдаи»…

— Они нам не совсем подходят, если честно. Какой у них минус? Класс «Р». Мы ведь работаем чуть ниже Казани, тут нужен «О». «Валдаи» — это скорее внутрирегиональная история — одновальная система, один двигатель, один винт. Случись что, судно встанет без движения, будет неуправляемым. Это важно, особенно при работе на водохранилище. Туда мы даже «Восходы» с классом «О» (которые гораздо больше «Валдая» и у которых выше мореходность) отправляем только в хорошую погоду, зря не рискуем. Для нашей компании главный приоритет — это безопасность плавания.

С КБ Алексеева мы всегда на связи, обсуждаем, какие суда хотели бы видеть у себя на балансе. Я им признался, что на сегодняшний день нам нужны такие теплоходы, как «Восход». Они готовы сделать какие-то предложения, опираясь на наработки Советского Союза. Мы с коллегами считаем, что за судами, похожими на «Восход», будущее.

реклама 16+

— Какие еще СПК нужны на Волге?

— «Метеоры». Для нас «2020», для Нижнего Новгорода, наверное, их 120-й «Метеор». Универсальных теплоходов не бывает, плюсы есть и у того, и у другого судна. С учетом того, что наше судно более габаритное, в нем больше воздуха, оно шире, меньше кренится и подвержено волнению. За счет большой массы 2020-й идет по воде, как по рельсам. Плюс в салоне больше места между креслами, удобный буфет и так далее. Обитаемость опять-таки лучше, команда это отмечает. У нас там и души, и туалет, и огромная кормовая площадка. «Метеор-2020» — это дальнемагистральная машина, судно может покрывать большие расстояния.

С другой стороны, физику никому не обмануть, если теплоход стал больше, он должен тратить больше энергии и, соответственно, топлива. На небольших плечах, возможно, 120-й «Метеор» более предпочтителен. Это не только мое мнение, но и точка зрения коллег. «Валдаи» нам просто не подходят, а где-нибудь на Каме, где небольшое волнение, им цены не будет. Это, по сути, автобус на воде, 40 с лишним посадочных мест. Считаю, что хорошо, когда проектов много, есть из чего выбирать. А голосовать за то или иное судно должен рублем пассажир.

Речная отрасль способна потянуть за собой другие

— Какие еще суда требуются на реке?

— Круизные теплоходы типа «Мустай Карим» и А-145 «Агат Дизайн Бюро». Необходима современная альтернатива теплоходу «Москва», какие-то суда пригородного сообщения. Пассажирские перевозки — это здорово, но раньше судоходные компании имели на своем балансе и пассажирскую часть, и грузовую, они во многом друг другу подставляли плечо. Думаю, мы должны идти к этому. Нам нужны и буксиры, и толкачи, и суда, добывающие нерудные материалы, и земснаряды.

реклама 16+

Сейчас ведем работу с проектантами и заводом, планируем увеличить пассажировместимость новых СПК до 160 человек.

У реки огромный потенциал. Ее возрождение создает кумулятивный эффект, речная отрасль потянет за собой другие.

— Расскажите о скоростных судах, которые вы эксплуатируете.

— На сегодняшний день мы используем суда трех проектов. Во-первых, одновальные «Восходы» вместимостью 74 пассажира. Один теплоход достался нам от предыдущего собственника в нерабочем состоянии. В прошлом году судно запустили, и оно очень понравилось нашей коммерческой службе. В этом году планируем восстановить еще один «Восход», который простоял более 15 лет. Также мы эксплуатируем старые суда типа «Метеор» 342 проекта. Они были построены еще в Советском Союзе, в свое время на них установили новые немецкие двигатели.

Есть у нас и четыре новых зеленодольских «Метеора» — суда, как мы их называем, первого поколения. Мы купили их еще в 2023 году. В самом начале у них были проблемы с двигателями, но после модернизации все вопросы были сняты. Эти СПК показали себя надежными судами, с хорошей обитаемостью и большим пробегом. Они способны преодолевать расстояния до 700 км, мы их называем дальнемагистральными судами. Зеленодольские «Метеоры» второго поколения имеют увеличенную мощность, килеватость и, следовательно, лучшую мореходность. Это тоже дальнемагистральные суда. Сейчас ведем работу с проектантами и Зеленодольским заводом, планируем увеличить пассажировместимость новых СПК до 160 человек. Два таких судна рассчитываем поставить на маршрут Казань — Набережные Челны.

К скоростному флоту можно отнести и суда на воздушной подушке, их скорость по льду составляет до 70 км в час. У нас в планах обеспечить ими реку Вятка. Кировская область тоже просит, чтобы мы подключились и помогли им реализовать судоходство на Вятке. Также для этой задачи мы рассматриваем суда типа КС, «Заря» или альтернативные.

— КС-162-е?

реклама 16+

— Да, мы действуем осторожно, хотим пощупать рынок и сначала купить КС-162. Судно пусть чуть и меньшей вместимости, но и с небольшой эксплуатационной стоимостью. Если эта история, что называется, заиграет, приобретем и КС-163. СВП также хотим сначала опробовать здесь, на переправе, а потом уже смотреть на его туристический потенциал. Если эта история выстрелит, дополнительно приобретем несколько единиц. В новые проекты мы входим очень осторожно. Главное — не оступиться, не наделать ошибок. Когда запускали «Восход», также начинали с одного судна. Сделали, видим, оно очень востребовано, математика бьется. Сейчас восстанавливаем еще один «Восход».

— Ваши коллеги из Нижнего Новгорода и Чебоксар выполняют рейс Чебоксары — Казань. Вы к этому маршруту как-то присматриваетесь или там большая конкуренция?

— На самом деле рынок достаточно емкий, всем работы хватит. Есть два главных аспекта, которые на сегодняшний день не позволяют нам реализовать данный проект. Первая проблема — отсутствие свободных «Метеоров» проекта 2020. Их физически не хватает, они работают на регион. Вторая проблема, это стоимость судна. К сожалению, строительство СПК — финансово емкий проект. Без субсидий и помощи государства срок окупаемости теплохода будет достаточно длительным.

Было бы здорово, если бы «Звезда» предложила современные двигатели

— Хотелось бы немножко поговорить с вами как с действующим капитаном. Вы начинали карьеру на реке мотористом, хорошо разбираетесь в двигателях и, насколько слышал, при ремонте старых теплоходов делаете ставку на тутаевские двигатели. Почему не на китайские?

— Мы сейчас и китайские двигатели покупаем. К сожалению, в России на сегодняшний день не такой уж и большой, мягко скажем, выбор двигателей. Для скоростных судов их вообще нет.

— Моторы «Звезды» до сих пор никто не превзошел по удельной мощности…

реклама 16+

— Было бы здорово, если бы «Звезда» могла предложить речникам современные двигатели. Что касается тутаевских моторов, то в 2024 году мы приобрели шесть единиц для модернизации судов, но отечественных редукторов к этим моторам не нашлось. Пришлось покупать корейские, а они зависли где-то на границе. Сейчас редукторы пришли, но программа ремонта шести судов оказалась сдвинута на год.

Мы бы очень хотели отдать предпочтение нашему отечественному производителю, серьезно. Особенно если это будет качественный продукт. Мы сами понимаем, что запчасти к ярославскому дизелю можно купить в любом тракторном магазине. Но даже новые моторы 3Д6 и 3Д12, которые мы сейчас приобрели, это двигатели со складского хранения, старые разработки. Их предшественники отработали на волжских судах по 30−40 лет, рассчитываем, что и эти столько же выдержат. Вдобавок, благодаря этому не пришлось вносить изменения в проект судна, это упростило дело. А дизель-генераторы в силу того, что такой линейки уже нет в России, пришлось приобрести китайские.

Нам повезло, что у нас такой завод под боком

— Вы привлекаете экипажи для межнавигационных ремонтных работ…

— Эта практика из Советского Союза, ничего нового мы не придумали. Когда я был маленьким, родители, папа уж точно, работали в подобных ремонтных бригадах. Они ремонтировали свои же теплоходы и получали заработную плату. Когда ты делаешь что-то для себя, как ни крути, ты более ответственно будешь подходить к делу.

У нас на предприятии есть плавмастерская, так называемый «ремонтно-отстойный пункт». Мы ее восстанавливаем, сейчас закончили уже второй этаж. Там можно проводить ремонт в зимний период. Деревообрабатывающий цех восстановили, закупаем оборудование. У нас там сформирован достаточно компетентный штат: три сварщика, токаря, слесаря и плотники. Это позволяет покрывать 90% вопросов по ремонту. Это касается и зимнего, и летнего периода.

После окончания навигации выполняются более глобальные работы, такие как замена двигателей. Текущие, среднесрочные, мелкие ремонтные работы, плановые и так далее — это все мы делаем сами, своими руками и в летний период тоже, с привлечением экипажей. С момента создания компании не было ни одного случая, чтобы мы сорвали какие-то рейсы. Если судно выходит из строя, мы его сразу заменяем другим. Ни в том году, ни в позапрошлом не было простоев. Все потому, что мы самостоятельно можем выполнить большую часть судоремонтных работ.

реклама 16+

Огромное спасибо и заводу имени Горького, судостроительной корпорации «Ак Барс», которые нас поддерживают. Если случается что-то глобальное, допустим, нужно поднять теплоход, срочно что-то сделать, я звоню директору предприятия, прошу помочь. И никаких вопросов не возникает. Мы экстренно ремонтируем теплоход общими усилиями. И все, он снова в строю. Нам повезло, что у нас такой завод под боком.

Нашим основным партнером с точки зрения подготовки кадров является филиал «Волжского государственного университета водного транспорта», который также находится поблизости. 60−80% рядового состава компании являются его выпускниками или учащимися. Разговариваю с коллегами из Санкт-Петербурга, Нижнего Новгорода, Чебоксар, Самары, — у всех проблемы с кадрами, а нам повезло.

— Капитаны СПК — в основном речники со стажем?

— Как мы начали работу, сразу поняли, что нам нужна преемственность поколений, и ввели в компании такой институт, как наставничество. Молодого студента или выпускника мы закрепляем за тем или иным кэпом. Это позволяет нам растить своих капитанов. В этом году трое новоиспеченных капитана возьмут в руки штурвал скоростных судов. Но существуют некоторые пробелы в нормативно-правовых документах, которые не совсем позволяют нам растить новых капитанов. Мы разговаривали с Андреем Владимировичем Тарасенко (руководителем Росморречфлота. — Прим. ред.) и даже отправили ему свое предложение. В положении о дипломировании отсутствует определение — помощник капитана скоростного судна. И поэтому человек, окончив обучение и, условно говоря, проработав какое-то время мотористом на скоростном судне, чтобы подняться выше, вынужден уйти на водоизмещающее судно. Там ему нужно получить диплом помощника капитана, потом дорасти до старпома и только после этого дипломироваться на старпома и вернуться к себе на скоростное судно. За это время мы теряем специалиста.

Сегодня видна тенденция увеличения интереса молодежи к скоростным судам. Мы считаем, что это действительно большая победа. Раньше люди мало знали об этой профессии, потом боялись, а сейчас уже хотят работать на «Метеорах». И мы со своей стороны будем делать все для того, чтобы поддерживать интересующуюся молодежь.

— Вы сами преподавали в речном училище, учились в Академии водного транспорта и способны взглянуть на кадровую проблему с разных сторон…

— Долгое время речной флот был незаслуженно забыт. Помню времена, когда я с родителями шел по городу и был очень горд, что они речники. В 1990-е и начале 2000-х эта профессия стала крайне невостребованной. Зарплаты были крайне низкими, суда — старыми, плюс сезонность работы, удаленность от семьи. Сейчас заработки достойные, все соцвыплаты как из пулемета, покупаем новые суда, модернизируем старые и так далее…

реклама 16+

— Открытых вакансий в компании много?

— Если бы меня спросили в 2024 году, нужны ли вам люди, я бы ответил положительно. Сейчас есть некоторые вопросы со «скоростниками», но кадрового голода нет.

Новые суда, ремонт старых, достойная зарплата, хорошие условия труда — это важнейшие критерии, но нужна и популяризация профессии речника. Надо делать ее более авторитетной, чтобы в профессию не приходили случайные люди. Мы проводим встречи на ярмарках вакансий, встречаемся с абитуриентами. Весной их на теплоходе прокатим, осенью прокатим, когда они поступают. Они должны понимать, где нос, где корма

Со своей стороны делаем все, чтобы привлечь молодых людей к учебе. У нас построили новый учебный кампус Института морского и речного флота имени Героя Советского Союза М. П. Девятаева — Казанского филиала ВГУВТ, новое общежитие, обновлена техническая база, созданы все условия для комфортной учебы и работы. Ребят одевают в училище, в институте, сюда они приходят, мы их и здесь одеваем. Поэтому я считаю, что переломный момент уже наступил, и рассчитываю, что в ближайшее время появится больше желающих связать свою жизнь с водой. Нас это не может не радовать.

— Знаете, что 25 августа 1957-го открылась линия Горький — Казань, «Ракета-1» там ходила. И теперь 25 августа — День скоростного флота России. Вы его отмечаете?

— День речника — это тоже наш праздник, а когда его отмечать-то? Не до этого. Многие спрашивают, когда проще праздновать — зимой или летом? Я говорю, даже не знаю. Зимой готовимся к лету, а летом работаем на реке.