В Мурманской лаборатории центрального научно- исследовательского института морского флота работает всего три специалиста, молодые ученые сюда не идут - зарплата непривлекательная. А между тем, и здесь есть место научным открытиям и важным изобретениям.
Роликовые подшипники, торцовые уплотнения, втулки и много других деталей судов, названия которых практически ничего не говорят людям, далеким от судостроения. Однако, говоря простым языком, если каждая часть огромного организма парохода не будет работать безукоризненно, не избежать аварийных ситуаций и дорогостоящего ремонта. Для того, чтобы проверять работу новых конструкций и материалов, больше 20 лет назад в мурманской лаборатории института морского флота был изобретен единственный в бывшем Советском Союзе экспериментальный стенд дейвудных устройств. Придумал и построил его ученый Алексей Григорьев после того, как началась постоянная навигация в Арктике и появились проблемы с подшипниками гребных валов ледоколов. До сих пор эти силовая установка судна в миниатюре позволяет проводить испытания различных конструкций, подшипников и уплотнителей и давать рекомендации - как действовать в случае той или иной поломки или аварийной ситуации.
Все разработки ученых защищены авторскими свидетельствами. Хотя этого совсем недостаточно для того, чтобы изобретение начали использовать, на пути науки часто встают бюрократические препоны. Например, наши ученые давно решили проблему загрязнения морской акватории в случае утечек нефтесодержащих масел с судов – акванол.
Пока судовладельцы не решаются использовать акванол - нет соответствующих инструкций, и такова судьба нескольких разработок лаборатории. Одним техническим решением можно сэкономить сотни тысяч долларов и оправдать затраты на 10 лет вперед. Вот только убедить заказчиков бывает проще, чем надзорные органы, говорит Алексей Григорьев. Он мечтает о том времени, когда ученые будут решать только научные проблемы и не отвлекаться на финансовые вопросы. И когда сюда придут молодые специалисты, ведь в лаборатории есть работа для 6-8 человек, а сейчас работают трое.
Положение в прикладной науке архисложное, говорит ученый, и одним повышением зарплат здесь не обойтись. А между тем потеря преемственности в этой сфере может дорого стоить следующим поколениям.
Роликовые подшипники, торцовые уплотнения, втулки и много других деталей судов, названия которых практически ничего не говорят людям, далеким от судостроения. Однако, говоря простым языком, если каждая часть огромного организма парохода не будет работать безукоризненно, не избежать аварийных ситуаций и дорогостоящего ремонта. Для того, чтобы проверять работу новых конструкций и материалов, больше 20 лет назад в мурманской лаборатории института морского флота был изобретен единственный в бывшем Советском Союзе экспериментальный стенд дейвудных устройств. Придумал и построил его ученый Алексей Григорьев после того, как началась постоянная навигация в Арктике и появились проблемы с подшипниками гребных валов ледоколов. До сих пор эти силовая установка судна в миниатюре позволяет проводить испытания различных конструкций, подшипников и уплотнителей и давать рекомендации - как действовать в случае той или иной поломки или аварийной ситуации.
Все разработки ученых защищены авторскими свидетельствами. Хотя этого совсем недостаточно для того, чтобы изобретение начали использовать, на пути науки часто встают бюрократические препоны. Например, наши ученые давно решили проблему загрязнения морской акватории в случае утечек нефтесодержащих масел с судов – акванол.
Пока судовладельцы не решаются использовать акванол - нет соответствующих инструкций, и такова судьба нескольких разработок лаборатории. Одним техническим решением можно сэкономить сотни тысяч долларов и оправдать затраты на 10 лет вперед. Вот только убедить заказчиков бывает проще, чем надзорные органы, говорит Алексей Григорьев. Он мечтает о том времени, когда ученые будут решать только научные проблемы и не отвлекаться на финансовые вопросы. И когда сюда придут молодые специалисты, ведь в лаборатории есть работа для 6-8 человек, а сейчас работают трое.
Положение в прикладной науке архисложное, говорит ученый, и одним повышением зарплат здесь не обойтись. А между тем потеря преемственности в этой сфере может дорого стоить следующим поколениям.
