Найти Сергея Лиходеда в лабиринтах Концерна ОСК ЦНИИ «Электроприбор» оказалось несложно. Там, где тихо, но ритмично гудит фрезерный станок, а стружка вьется ровной блестящей спиралью — там и есть его рабочее место. На вид — крепкий парень с цепким взглядом, руки держат инструмент уверенно, но чувствуется какая-то особая, спортивная пластика движений.
— Сергей, в Вашей биографии неожиданный поворот. Семья потомственных инженеров-оборонщиков, а Вы с первого класса — на татами. Неужели в детстве дома не уговаривали пойти по стопам отца и деда?
— Еще как уговаривали! Мама с «Вектора», отец с Кировского, дед вообще легенда — начальник военной приемки «ЛОМО». Для семьи мое увлечение борьбой было, скажем так, легким чудачеством. Но когда я в первом классе босиком на татами вышел — всё, пропал. Потом пошло-поехало: дзюдо, грэпплинг, силовой экстрим, даже историческим фехтованием увлекался. И ринг топтал, и ковер. Думал, это навсегда. Стал тренером, бизнес свой, небольшой, но прибыльный появился, все ровно шло.
— И тут грянул февраль 2022-го. Некоторые Ваши воспитанники ушли на передовую. Вы же приняли решение пойти работать на предприятие оборонно-промышленного комплекса. Как Вы для себя сформулировали необходимость именно такого шага?
— Вопрос, который я сам себе задавал каждую ночь, если честно. Ученики мои, с которыми в спаррингах до седьмого пота работали, — они там. Кто-то уже не вернется… Повестка мне не пришла. Но я понял: просто сидеть и переживать — это не мое. Да, было и опасение, и расчет на семью, но я понял: защита Отечества — это не только фронт, но и надежный тыл, и бесперебойная работа промышленности. Тяжело тренеру, когда его бойцы на ковре, а он на трибуне. Так и мне нужно было найти свой участок обороны.
— И Вы нашли его… у фрезерного станка? Признайтесь, когда впервые в цех зашли, не было мысли: «Куда я попал, это же не ринг»?
— Было! Первый раз увидел станок — думал, не справлюсь. Тут ведь какая штука: на татами ты за себя и против соперника, а здесь ты — часть сложнейшего механизма. Но когда понял, что деталь, которую я вытачиваю, пойдет в прибор, который может помочь там… Сразу пришло спокойствие. Я сейчас фрезеровщик четвертого разряда. Надеюсь, что от меня есть реальный толк. Не только для себя любимого и семьи, а для дела.
— Говорят, Вы не только к станку прикипели, но и спортзал не забываете?
— Есть такое дело. У нас в ЦНИИ прекрасный спортивный зал, грех жаловаться. Я там и сам форму поддерживаю. А сейчас договорились — буду вести группу. Вот такая преемственность сначала учил пацанов на ринге держаться, а теперь здесь буду помогать коллегам за собственным здоровьем следить. А еще мне оказана честь защищать честь ЦНИИ в составе сборной команды по шахматам. Так что теперь у меня бои не только на ковре, но и на шестидесяти четырех клетках.
— Помните тот момент, когда окончательно решили идти на производство? Кто сказал Вам решающее «да»?
— Такое не забывается. Собеседование с Григорием Петровичем Соколовым, начальником нашего производства. Он на меня посмотрел, биографию мою спортивную выслушал. Задал пару вопросов, я даже не сразу понял, зачем он это спрашивает. Уже потом сообразил: он проверял не разряд, он проверял, есть ли у меня характер. И он рискнул. Взял бывшего спортсмена в штат. Скажу откровенно: я не жалею ни дня. И очень надеюсь, что Григорий Петрович, глядя на мою работу, тоже не жалеет.
— Сергей, последний вопрос. Что скажете тем молодым ребятам, которые сейчас ищут свое место в жизни?
— Скажу как есть: точка опоры — это не место на карте, а состояние души. Можно бороться на ринге, а можно — с браком на производстве. Важно, чтобы бой был честным. Сейчас я тружусь в полном согласии с собой. Работаю с отличным коллективом. Есть у нас люди горячие, как искра, есть спокойные, как гранит, но плохих — ни одного. И когда я утром иду через проходную, я знаю: я на своем месте. А это, пожалуй, главная победа.
Материал подготовлен корреспондентом Концерна ОСК ЦНИИ «Электроприбор».
