— Все, наверное, слышали строки «славное море — священный Байкал». По объему воды Байкал — это уж точно море, не уступающее Балтике. Участок между островом Ольхон и западным берегом Байкала даже называют Малым морем…
— Если говорить откровенно, то Балтика — это лужа по сравнению с Байкалом. Балтика, какой мы видим ее сейчас, возникла после последнего оледенения Плейстоцена, которое было примерно 10−11 тыс. лет назад. По сути она, а также Ладожское и Онежское озера — молодые водоемы, в отличие от Байкала, которому минимум 30 млн лет. Байкал расположен в рифтовой зоне. Кроме него в ней находятся и другие водоемы, которые постепенно наполнялись. На мой взгляд, Байкал не только самый глубоководный, но и наиболее древний пресный водоем на Земле — старше озера Танганьика в Африке, которому примерно 9−12 млн лет.
— На карту России Байкал был нанесен более трех веков назад, при Петре I (Семен Ремезов. Чертежная книга Сибири. 1701 г), но регулярные научные исследование начались в 1921, а вскоре там появилась и лимнологическая станция. Какие наиболее значительные открытия были сделаны на Байкале?
— Мы ведем свое летоисчисление с 1928 года, когда образовалась Байкальская лимнологическая станция. Скоро нам будет 100 лет. Что касается открытий, то их сложно разделить на более или менее важные. Например, очень важным является открытие нового вида бактериофагов. Мы фиксируем летопись изменений палеоклимата, то есть узнаем, как у нас менялся климат примерно за последние 7 млн лет. Также исследуем процесс превращения местных животных в эндемиков водоема. Например, мы узнали, что за 3 млн лет самая массовая рыба Байкала, которой является вовсе не омуль, а голомянка, стала живородящей — научилась носить зародыши в себе, а не откладывать икру.
— Сегодня у ЛИН СО РАН есть четыре научно-исследовательских судна (НИСа) водоизмещением от 40 до 500 тонн. Чем они занимаются и как себя показывают? До 2030 года ожидается постройка еще двух НИСов. Насколько они облегчат работу института?
— У нас все суда специализированные. Например, «Г. Ю. Верещагин», который ходит только по глубинной части озера — пелагиали — и редко заходит в прибрежную часть, потому что создан для работы на больших глубинах. Судно «Академик Коптюг» обладает большой пассажировместительностью, но оно плоскодонное и очень подходит для проведения плавучих университетов или массовых экспедиций. На таком судне мы пойдем по прибрежной линии. Есть и суда поменьше — например, НИС «Папанин» класса «Ярославец», который тоже работает в прибрежной части озера, если надо провести экспедицию с небольшой численностью ученых. То есть каждое судно несет свой функционал.
«Г. Ю. Верещагин» — наше самое универсальное судно, которое работает со всеми видами оборудования: проводит траление, гидрофизические исследования, достает глубоководные керны донных отложений длиной до 14 м. Ожидается, что суда новой постройки заменят два старых НИСа — «Г. Ю. Верещагин» и «Титов», так как они у нас самые возрастные — 1960-х гг. постройки.
— На то, что восточный склон озера значительно более пологий, чем западный оказала влияние Кориолисова сила?
— Байкал — это разлом, рифтовая структура. Он проходит по западному берегу озера. Ну, а Кориолисова сила, действительно, оказывает влияние на Байкал — все его течения устроены против часовой стрелки.
— То есть Байкал — древнейшее пресное озеро, возникшее в месте разлома земной коры?
— Лично я не знаю более древних водоемов. 30 млн лет назад Великих американских озер не было — они находились под ледником, как и Ладога, Онего. С возрастом Байкала может поспорить Танганьика в Африке, которая тоже является рифтовым озером.
Разлом, давший жизнь Байкалу, произошел, когда Индия врезалась в Евразию. Тогда же образовались Гималаи. Это был триггер, который запустил цепочку образования Байкальской рифтовой зоны. Западный борт рифта как раз идет по границе Сибирской платформы, которая имеет толщину около 50 километров. Восточная часть земной коры возле Байкала чуть потоньше и не такая монолитная как Сибирская платформа.
— Говорят, что во времена парового флота байкальская вода не оставляла в котлах накипи, настолько в ней мало примеси…
То же самое и сейчас происходит. Антропогенный фактор, конечно, влияет на Байкал, но не в таком объеме, чтобы изменить его химический состав. Там, где живут люди, мы видим несвойственные Байкалу явления как проявление антропогенного влияния.
— Дно Байкала покрыто шестикилометровым слоем донных отложений. Каково его происхождение?
— Да, такие донные отложения имеются. Они находятся в районе дельты реки Селенги, ведь Байкал, каким мы его сегодня видим, не всегда выглядел так. Все началось с южного Байкала, затем образовалась средняя часть озера, и уже в последнюю очередь появился северный Байкал.
— Огромный объем отложений на дне как-то связан с высокой сейсмоактивностью в районе озера?
— В районе Байкала всегда высокая сейсмоактивность, поскольку это разлом земной коры, стык между плитами, которые плавают на жидкой мантии, словно льдины в период ледохода. Потому землетрясения в районе Байкала происходят каждый день.
— Какие исследования выполняли на Байкале глубоководные аппараты «Мир-1» и «Мир-2»?
— И «Миры», и «Пайсисы», которые занимались исследованиями ранее, нужны были для того, чтобы увидеть человеческими глазами то, что находится на дне Байкала и узнать, как там протекает жизнь. Такими аппаратами мы не обладаем и не смогли бы без них увидеть наглядную картинку. Представьте себе глубину 1640 метров — какая там может быть жизнь? Оказалось, что там она довольно бурная, и в простых исследованиях вы бы это не увидели.
На Байкале есть свои нефтепроявления, газовые гидраты. И это не совсем лунный безжизненный пейзаж. Оказалось, что на дне озера полно жизни, и людям это интересно посмотреть.
— Вытекает из Байкала одна Ангара, энергии которой хватило на четыре мощных ГЭС, а вот впадает около 300 рек, о которых мы знаем гораздо меньше…
— Когда построили первую Иркутскую ГЭС, уровень озера поднялся на 1 метр. Байкал стал регулируемым водоемом, и это сказалось на системе его биоты. Сейчас она уже адаптировалась к такому уровню и находится в привычном для нее режиме.
— О байкальском омуле и нерпе известно всем. А какие еще рыбы и животные-эндемики живут в озере?
— О голомянке я уже говорил. Она стала эндемиком, но как прошла такую эволюцию от откладывания икры до живорождения, — очень интересный вопрос. Если говорить о коттоидных рыбах (бычках), то в Евразии, включая Японию, они представлены 14 видами, а в Байкале их целых 33. Озеро населяют около 2580 видов и подвидов водных животных, из них минимум 56% являются его эндемиками. И эта цифра не конечная, ведь наши сотрудники каждый год открывают два-три новых вида животных. Мы не знаем достоверно, как на Байкале появилась нерпа. Казалось бы, она должна быть близка к видам, обитающим в Северном Ледовитом океане, но генетически она почему-то оказалась от них далека.
Многие виды эволюционировали от общераспространенных к эндемикам и приспособились жить на такой большой глубине. Например, те же самые байкальские амфиподы (разнообразные виды ракообразных, которые населяют все ярусы озера — от прибрежной зоны до глубоководного ложа). На вид они как креветки, которые теперь живут только в Байкале и не могут обитать в других местах.
— Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат (БЦБК), судоходство, строительство инфраструктуры для очистки загрязненных вод — все это антропогенный фактор. Как он влияет на состояние Байкала?
— Комбинат не работает с 2013 года. Мы недавно провели двухгодичное исследование. Он сбрасывал сточные воды прямо в сам Байкал. Мы обнаружили, что пятно сброса от действий БЦБК сейчас не существует. То есть природа полностью разрушила все стойкие органические загрязнители, которые были свойственны работе этого комбината.
На самом деле, наибольший вред наносит не БЦБК, а плохо работающие очистные сооружения на Байкале. Все они не очищают сточные воды даже до тех нормативных показателей, которые были в них заложены еще при строительстве. Например, шесть тонн «лишнего» фосфора, несвойственного экосистеме Байкала, который выбрасывает очистные города Северобайкальска, спровоцируют развитие порядка 220 тонн водорослей.
— Какие полезные ископаемые имеются в Прибайкалье?
— На Байкале запрещено законом разрабатывать месторождения полезных ископаемых. Действительно, на берегах озера есть микрокварциты, которые сейчас используются в электронике, но разработка закрыта. Добывать газовый гидрат из Байкала или нефть — равносильно убийству озера. Лучше оставить все, как есть.
— Еще один вопрос навеяли строки «Эй, баргузин, пошевеливай вал». Расскажите о ветрах, условиях плавания, особенностях судоходства на Байкале — бухтах-убежищах, портах, причалах.
— На Байкале основные ветры, как правило, дуют вдоль или поперек озера. Потому опытные моряки уже могут предсказать, когда именно и какой ветер будет дуть, а также куда от него можно спрятаться. Есть такой ветер сарма, он встречается в Малом Море и приходит неожиданно. Буквально два года назад, по-моему, из-за него затонуло судно. Это трудно предсказуемое явление, которое всегда происходит внезапно и резко.
В остальном же все ветры предсказуемы, и мы уже знаем, к чему готовиться. У них — масса названий — верховик, култук, баргузин, горный, шелонник. Всегда от какого-то из них надо прятаться, поэтому у нас и работают четыре корабля. Например, «Г. Ю. Верещагину» ветры практически нестрашны, а остальным судам поменьше приходится от них постоянно прятаться, особенно осенью, ведь в это время года на Байкале чаще всего бывают штормы. Порой несколько дней подряд нельзя выйти в открытый Байкал, и надо пережидать непогоду
— На Байкале есть какие-то бухты, убежища для судов?
— Да, они есть на западном берегу, а на восточном таких бухт-убежищ очень мало. Он более пологий, и мы можем несколько километров до берега идти по небольшим глубинам. Там судну сложнее прятаться.
— Сейчас судоходство осуществляется по Байкалу? Просто какое-то время назад оно было очень ограничено.
— Судоходство на озере довольно интенсивное. Оно осуществляется во всех зонах Байкала, но сейчас акцент — на туристической деятельности. Нередко они берут корабль, например «Ярославец», и плывут до северной части Байкала.
— 20 лет назад на Байкале ужесточили требования к судам. Этот запрет действует до сих пор? Он сыграл свою роль в улучшении экологии Байкала?
— У всех судов прописана ограниченность по судоходству, и Регистр должен за этим следить.
Да, есть проблема в том, что именно в угоду туристическому бизнесу на судах вырезают фекальные цистерны, а на их местах размещают каюты или какие-нибудь бани, что влияет на автономность плавания. И мы замечаем негативные изменения в экосистеме тех красивых мест, которые посещают туристы на судах.
